Дылача: болезнь развивалась неотвратимо

Необходимая преамбула.

Восточная Сибирь богата самоцветами.  Особое место в их перечне занимает нефрит – четыре нефритоносных района с десятками месторождений, проявлений, пунктов минерализации: Западно-Саянский, Восточно-Саянский, Джидинский, Витимский. Три последних расположены в Республике Бурятия – можно сказать повезло…

На этих просторах все и происходило.

 

Болезнь развивалась неотвратимо.

Речь пойдет о нефрите. Но не о мучительной почечной болезни, а о камне вечности, который, как оказалось, приводит к нелегким психическим расстройствам.

Латентный период был долгим.  В 60-80-е годы прошлого века самоцветами вообще и нефритом в частности занималось государство. Выстроенная функциональная система была оформлена в виде ВПО «Союзкварцсамоцветы», объединявшей полтора десятка комплексных экспедиций, разбросанных по всему Советскому Союзу.  В зоне ответственности экспедиции «Байкалкварцсамоцветы» находилась обширная территория юга Восточной Сибири – от Енисея до Амура. Ее геологами и были открыты, изучены и вовлечены в разработку все известные месторождения нефрита (и не только). В то время страна была закрытой, рынка не было, и этот замечательный камень интересовал только узких специалистов и немногочисленных коллекционеров.

С перестройкой приоткрылись границы и в регионе появились китайцы. Они интересовались всем, включая нефрит.

В 90-е Союз рухнул, границы распахнулись, правовое поле затянуло туманом, и появилась возможность вывоза чего угодно за рубежи нашей, некогда бдительной родины. Правда, ажиотажного спроса на нефрит еще не было.  Но Китай крепчал, развивался, вспоминал традиции, в том числе и в отношении своего культового камня и к концу 90-х ситуация изменилась. Предлагаемого камня хватало, цены выросли, информация расползлась, и народ двинулся в тайгу к месторождениям нефрита.

Впервые клиническая картина недуга проявилась в первой половине нулевых годов. Она носила безобидные формы и выражалась в сборе валунов нефрита по замечательным диким рекам восточной части Витимского плоскогорья немногочисленными особо информированными фанатами. «Нефритовое» путешествие проходило по достаточно сложному маршруту: с заездом до Россошино (последний жилой поселок в среднем течении Большого Амалата) а, далее, сплав на резиновых лодках на многие сотни километров среди пустынных берегов до станции Витим на БАМе. Были и единичные робкие попытки проникновения на места карьерной добычи.

На более позднем этапе болезнь уже  диагностировалась как нефритовая лихорадка и характеризовалась массовым исходом жителей глухих таежных деревень к местам добычи заветного камня. Пешие и конные путешествия канули в лету, а мобилизация местных и региональных ресурсов привела к формированию колоритных бронетанковых колонн, укомплектованными разномастными вездеходами. Официальные недропользователи были взяты в плотное блокадное кольцо и были вынуждены существенно увеличить штат охранной службы. Воровство шло под покровом ночной темноты из добычных карьеров, площадок первичной разбраковки и сортировки нефрита, складов.

Пустынные ранее таежные реки бороздили многочисленные легкие суда. Увлеченно делились русла нефритоносных водотоков, обширные речные косы тщательно исхаживались страждущими толпами. Обживались берега, появились и китайские фактории по скупке добычи. А добыча была славной! Особенно на первом этапе. Предлагаемый китайскими скупщиками уровень цен в глухом безработном регионе казался сказочным – случайная удача могла принести годовой, а то и многолетний заработок.

С неизбежным оскудением  россыпей появлялась техника, включая и тяжелую карьерную. Берега стали рыть. Часть народа ушло под воду и, оснащенная легким водолазным снаряжением, прочесывала дно реки.

Стадию коллективного психоза фиксировало существенное расширение круга причастных к процессу незаконной добычи и реализации нефрита с вовлечением в него представителей правоохранительных органов, мелкого и среднего чиновничества. Криминал пришел сам. Почуяв дряблость власти и безнаказанность, народ организовался в дикие бригады, оснастился тяжелой техникой и вышел из ночной тьмы. Фланги известных месторождений и незалицензированные бесхозные объекты стали рыть совершенно открыто. Естественно без лицензий, проектной документации, налогов и прочих глупостей.

Существенно расширилась география – охваченные неодолимой любовью к прекрасному камню появились  на скалистых пиках Восточных Саян, а симптоматика заболевания пополнилась возбужденным бормотанием заклинания: «семерка, семерка, семерка…» и, реже, «шестерка, шестерка, шестерка…», что в переводе на обычный язык, означало лишь номера жил с наиболее высокакачественным нефритом одного из месторождений.

Началось нашествие и на крупновалунные россыпи рек Хамар-Дабана (Джидинский нефритоносный район).

 

Спрос и цены росли. Китай был рядом и готовился к пекинской олимпиаде, презентовав всему миру проекты олимпийских медалей  с нефритовыми вставками из белого, зеленого и коричневого камня.

Трудность получения экспортной лицензии (даже при коррупционной ставке 2 евро за 1 кг экспортной квоты) на отправку камня вечности за рубежи нашей бдительной родины, привело к созданию эффективной и обширной контрабандной сети.

Элитные формы психоза привели к появлению «Концепции развития нефритовой отрасли Бурятии» и заявлениям о том, что «… нефрит станет нефтью Бурятии…», а масштабы возросли до размеров эпидемии.

Лечение недуга традиционными российскими методами с использованием административного ресурса привело к обратным результатам, и болезнь скоротечно перешла в стадию массового помешательства, часто в буйных формах, что в полной мере проявилось на апрельском аукционе 2011 г по распределению нефритоносных участков в республике Бурятия. Невероятные суммы взяток не позволили жестко ограничить число участников и, в период весеннего обострения, на аукционе, народ бился беспощадно, поднимая ценовую планку до десятков миллионов рублей за пустые как бубен участки, оконтуренные не известно по каким принципам. Поставленный рекорд – 26 миллиардов (!) рублей – впечатлил даже флегматиков, а сама болезнь перешла в разряд аристократических, подмяв под себя некоторых представителей российского правительства и администрации президента РФ. Правда бюджет по обыкновению не получил ничего,  результаты того буйного аукциона были вскоре отменены, а власть родила идею конкурса на эти лакомые объекты, дабы соревновались программы, а не денежные мешки, и чтобы победил достойнейший. На стадии реализации идеи получилось «как всегда»…

2011 год оказался удивительным по невероятному уровню цен на все разновидности нефрита. Они выросли на порядок  и из недр вырывали все! Это стало началом конца…

Но каково было начало!  Разрабатывались все известные объекты, активно работала тяжелая техника, гремели взрывы…  Что удивительно – продавалось все, самого низкого качества, лишь бы оно называлось нефритом. Группы китайцев курсировали между местами складирования и покупали, покупали, покупали…  Это заставляло предполагать, что и китайцы массово сошли с ума.

Официальные недропользователи (немногочисленные «счастливые» обладатели лицензий на добычу нефрита) оказались в плотной блокаде и с трудом отбивали попытки силового проникновения на свою территорию – численность пришельцев оказалась на порядок больше, по сравнению с численностью официально работающих.

Ранняя сибирская зима не остудила горячих сибирских парней и добычные работы без всяких лицензий и согласований продолжились в невероятных масштабах. Столько техники и людей эти глухие места еще не видели.  За минувшую зиму 2011-2012 гг. отработаны, а вернее разграблены, несколько месторождений  и на Витиме, и в Саянах, и на Джиде, и даже на далеком Каларе и многие из этих объектов следует списать с Государственного баланса запасов.

Соответственно, по итогам года и незаконная добыча как минимум на порядок превысила официальную. Нефрит в Восточной Сибири был везде! В сараях и огородах таежных деревень, бамовских поселков,  на складах в Иркутске, Улан-Удэ, Чите десятками и сотнями тонн. И рынок умер. Даже Китай захлебнулся в сибирском нефрите.

В начале 2012-го власть вышла из предвыборного ступора и объявила конкурс на два огромных участка (тысячи квадратных километров!) в Восточном Саяне и на Витиме. Полезное ископаемое – конечно же, нефрит.  Как готовились конкурсные материалы, как оценивался ресурсный потенциал – бог весть! Но читать это и смешно и грустно. Тем не менее, гонг прозвучал — соревноваться предстояло программам, а не деньгам. Увлекательный период подачи заявок, отсева неугодных участников, составления программ отвлек внимание от интереснейших решений наших правителей о включении нефрита в список стратегических (!) материалов, о внесении изменений в УК об уголовной ответственности за незаконную добычу, о передаче Улан-Удэнской таможне исключительных прав по отправке нефрита за рубежи нашей бдительной родины… В это же время страна вступила и ВТО…

Итоги конкурса подвели 21 августа. Результаты не удивили. По Витимскому участку конкурс  отменили в связи с финансовой несостоятельностью участников (кто бы мог подумать!), а вот сочный Восточно-Саянский кусочек достался Русской нефритовой компании.

Ну что сказать? С вступлением в нефритовый клуб их можно поздравить, а вот в отношении славной победы — лишь выразить искреннее и глубокое соболезнование. С участком же надо что-то делать, и конкурсные условия выполнять.

Прошло полтора месяца в каком-то нездоровом затишье. Вялый интерес был проявлен лишь к информации о включении Каларских нефритоносных объектов в список к распределению.

Это затишье было странным, поскольку наступала осень – пора всяческих обострений. Появилась робкая надежда на выздоровление.

И статья была готова – как раз к месячному юбилею итогов конкурса, но не хватало концовки.

Спокойствие закончилось 04 октября и концовка появилась.

В 14.00. по местному времени головной офис  СРЭО «Дылача» (владелец лицензии на разработку Кавоктинского месторождения нефрита), их производственная база в г. Улан-Удэ посетили московские следователи при силовой поддержке ОМОНа, который славится своей деликатностью и корректным поведением (участники недавнего знаменитоного свадебного кортежа ощутили это в полной мере), но здесь они на себя не были похожи. Персонал был блокирован и конец дня и часть ночи провел на рабочих местах. Одномоментно, десантом на двух вертолетах был захвачен добычной участок, расположенный в глухом северо-восточном углу Витимского плоскогорья. Здесь десант действовал наиболее жестко и многие пострадали. Начальник участка — Ямбуров Сергей Николаевич вывезен в неизвестном направлении (похищен?) и его судьба и местонахождение до настоящего времени не известна. К его поискам подключилась прокуратура.

При этом, продолжающаяся нелегальная добыча, объемы которой значительно превышают официальную, по-прежнему никого не интересует. Они могут спать спокойно, а вот остальным легальным разработчикам нефрита стоит подготовится к любым неожиданностям.

Сначала заниматься нефритом было интересно, позже – противно, хотя и прибыльно, а сейчас уже и опасно…

 

 

С.А.Прохор     

(в прошлом: геолог, старший геолог, главный геолог ГГПП «Байкалкварцсамоцветы», причастный к открытию и изучению нефритовых месторождений Восточной Сибири).

 

 

08 октября 2012 г.

 

P.S.

В Австралии лицензию на добычу золота без применения тяжелой техники можно купить по интернету. Стоимость ее 900 рублей в пересчете на российскую валюту. Можно применять лотки, металлоискатели, минидраги…

Некоторым невероятно везет и многокилограмовые самородки золота время от времени «всплывают» на крупных минералогических выставках. Австралийская общественность обычно горько сожалеет о том, что уникальное природное образование опять покинуло  пределы страны.

 

Счастлива страна, которая удержалась и не ограбила своего удачливого гражданина и счастливы люди в ней живущие. При этом, и страна-то не обеднела – богаче стала…

Что бы с подобным счастливчиком было у нас…

P.P.S.

Теоретически получить лицензию на поиски и добычу полезных ископаемых можно и в нашей стране, но потребуется 2-3 года усилий, финансовых затрат, включая взятки. И результат непредсказуем…   Вернее, как раз-то предсказуем! Многие из нелегальных разработчиков нефрита неоднократно пытались получить лицензии и легализовать свой бизнес.

Продолжение следует…

Комментарии запрещены.